grnsta (grnsta) wrote,
grnsta
grnsta

Category:

Тайны украинизации.

170. Галковский. ОБ ПУШКИНА! – ОБ ГОГОЛЯ! - ОБ ПУШКИНА! – ОБ ГОГОЛЯ! 2004-12-30
"После демонтажа "русского проекта" интернациональная Москва дала откат. Теперь все силы тоталитарного государства были брошены на создание независимого украинского и белорусского народов. Что тоже имело объективные предпосылки – формирование русской нации к 17-му году было незавершено. И украинцы, а отчасти и белоруссы, за годы советской власти действительно были созданы. Рождение нового народа, как и рождение ребёнка, дело нехитрое."

Мне кажется в этой фразе содержится противоречие.
"Рождение нового народа, как и рождение ребёнка, дело нехитрое" - "Теперь все силы тоталитарного государства были брошены на создание независимого украинского и белорусского народов".

Кто заставил бросить все силы, зачем это понадобилась строителям коммунистического интернационала ?

[Как не удивительно это агенты тех, кто устроил геноцид русских в Прикарпатской Руси в годы Первой Мировой Войны]

М. Б. Смолин: Нужно обратить внимание, что малороссийское население, которое попало под власть Польши, в ситуации раздела Польши, трех разделов Польши XVIII века, частично попало под власть Австро-Венгрии и развивалось тоже по своему какому-то отдельному сценарию. Несмотря на то, что малороссы, которые попали под власть Австро-Венгрии, были униатами по вере, в их среде к середине XIX столетия сложилось очень активное движение такого русского возрождения. То есть стремление культурно объединиться с остальной русской нацией и наладить связи с русскими в Российской империи. И вот это их развитие не прошло незамеченным австро-венгерским правительством, местными поляками, и, по сути дела, был запущен целый проект, подобный проекту разделения сербской нации на хорватов и сербов. То есть австро-венгерская власть поняла, что необходимо отделить тех русских, которые проживают на их территории, от русских, которые проживают в соседнем государстве — Российской империи. И были брошены большие средства, как римско-католические, так и, собственно, государственные, на то, чтобы появилась в среде русских деятелей русского движения в Галиции такая украинская волна.

Ведущий: Австрийское правительство всячески препятствовало распространению книг на русском языке. Изымались целые тиражи, закрывали русскоязычные газеты. Австрийские власти использовали для украинизации польских подданных венской короны. Поляки продолжили дело Кулиша, сочинившего первый украинский язык «кулишовку».

«Все польские чиновники, профессора, учителя, даже ксендзы, стали заниматься по преимуществу филологией, не мазурской или польской, нет, но исключительно нашей, русской, чтобы при содействии русских изменников создать новый русско-польский язык».

(А. И. Добрянский. О современном религиозно-политическом положении Австро-Угорской Руси).

Из алфавита исключили русские буквы «ы», «э», «ъ», ввели новые буквы. Из литературы и словарей исключалось все, что хоть отдаленно напоминало русский язык. Многие русские слова видоизменились.

«Направление» — слово московское, не может дальше употребляться — ставят слово «напрям»; «современный» также слово московское, и оно уступает место слову «сучасный», «исключительно» заменяется словом «выключно», «просветительный» —словом «просвiтный», «общество» словом «товариство» или «суспiльство» (Галицкая Русь в европейской политике).

Заменялись слова в уже изданных книгах многих авторов. Вот какие метаморфозы претерпели слова в книгах Ивана Франко: «взгляд — погляд; воздух — повитря; войско — вийско; вчера — вчора; жалоба — скарга; невольник — невильник; но — але; осторожно — обережно; переводить — перекладати; писатель — письменник; сейчас — зараз».

В школах назначались учителями исключительно адепты украинской национальной идеи. Православные богослужения разгонялись жандармами, тиражи русской литературы изымались и сжигались.

«Из Вены во Львов в помощь наместнику Глуховскому прислали немца Лебля с экзекуционными диктаторскими полномочиями. Вскоре арестованы были редакторы всех русских газет во Львове и тысячи крестьян и чиновников по всей Галиции. Митрополит Иосиф и многие русские деятели были изгнаны; другие — лишены должностей. Митрополия, школы, монастыри оказались в руках иезуитов и украинофилов» (Из газеты «Русская воля». Тернополь. 1911 г.).

Настоящий антирусский террор начался с 1912 года. Осенью на Балканах началась кровопролитная война. Греки, сербы и болгары сражались против Турции. Обеспокоенные православным возрождением австро-венгерские власти начали повальные аресты среди русских галичан и буковинцев. Венским кабинетом было активизировано создание так называемого украинского движения и украинской нации.

Михаил Николаевич Ширяев, научный сотрудник РИСИ: Украинский народ был сформирован поляками, венграми и австрийцами из русского населения путем навязывания православным людям католичества и нового искусственного языка. Точно такой же эксперимент удался с омусульманиванием сербов в Боснии. Ведь и сербы-православные, и сербы-босняки (то есть сербы, принявшие ислам) — это люди одной и то же крови и одного языка. Но, приняв мусульманство, часть боснийских сербов стала враждебна православию и Большой Сербии. Так же и украинцы-униаты — это те же русские люди, что и живущие в Москве или Санкт-Петербурге, однако, приняв унию (униатскую веру) и новую письменность, русские Прикарпатской Руси стали врагами России, русских и православия. Так, в 1912 году с началом Балканской войны один из лидеров украинского сепаратистского движения Смаль-Стоцкий, будучи депутатом австрийского рейхстага, говоря о русском движении в Галиции, сказал: «Это движение является армией России на границах Австро-Венгрии, армией, уже мобилизованной...» (Смаль-Стоцкий. Из выступления в австрийском рейхстаге 15 октября 1912 года).

Ведущий: С началом Первой мировой войны в Прикарпатской Руси начался геноцид православного русского народа. Геноцид этот был санкционирован Берлином и Веной при полном духовном одобрении со стороны Ватикана. Осуществлялся геноцид австрийскими властями, польской местной администрацией, а также венгерскими и украинскими националистами. Началось все с повсеместного разгрома русских организаций, учреждений и обществ, вплоть до кооперативных предприя-тий, церквей и детских приютов. А потом пошли аресты и казни...

«Хватали всех сплошь, без разбора. Кто лишь признавал себя русским и русское имя носил, у кого была найдена русская газета или книга, икона или открытка из России. Хватали кого попало — интеллигентов и крестьян, мужчин и женщин, стариков и детей, здоровых и больных. И в первую голову, конечно, ненавистных им русских «попов» — доблестных пастырей народа, соль галицко-русской земли. Хватали, надругались, гнали. Таскали по этапам и тюрьмам, морили голодом и жаждой, томили в кандалах и веревках, избивали, мучили, терзали... До потери чувств, до крови. И, наконец, — казни и расстрелы, без счета, без краю, без конца. Тысячи безвинных жертв, море мученической крови и сиротских слез» (Ю. Яворский. Из работы «Террор в Галичине в первый период войны 1914—1915 годов»).



[N1. Знакомьтесь Кристя Станчев (Х.Г. Раковский]

1) "Сразу же после захвата Киева большевистской ЧК были уничтожены те Русские деятели, которые последовательно боролись против украинства. В телеграмме представителя Всероссийского центра в Киеве Федоровского от 20 мая 1919 г., адресованной в «Наркомпрос Наркому Покровскому. Копия: Кремль, Горбунову», сообщалось: «Чрезвычайка расстреляла через двадцать четыре часа после ареста профессоров Флоринского, Зилова физика и Армашевского минеролога. Последние два старика около семидесяти лет. Надо положить конец произвольным расстрелам научных и технических сил… Высшая школа здесь на задворках, управляют ею мальчики комиссары».

Федоровский полагал, вероятно, что все дело в произволе «мальчиков комиссаров», а между тем они действовали строго в соответствии с указаниями, полученными сверху.

Так, в протоколе Особой комиссии Киевской ЧК от 19 мая 1919 г. напротив искаженной фамилии «Армашевский Петр Яковлевич» (в документе: Аркашевский) значится постановление: «Применить высшую меру на казания, известив предварительно т. Раковского». То есть «доложить об исполнении» следовало украинскому Совету Народных Комиссаров, председателем которого на тот момент и являлся Х.Г.Раковский (1873—1941). В том же списке на уничтожение — «Щеголев Сергей», автор широко известных книг об украинском сепаратизме, приговоренный к «высшим мерам наказания» и конфискации наличных денег"

2) Раковский, Христиан Георгиевич
Председатель СНК УССР
29 января 1919 — 17 декабря 1919
19 февраля 1920 — 15 июля 1923
Христиа́н Гео́ргиевич Рако́вский (псевдоним Инсаров, наст. фамилия Ста́нчев, урождённый болг. Кръстьо Раковски; рум. C[h]ristian Racovschi, укр. Християн Георгійович Раковський; 1 августа 1873 года, Котел, Болгария — 11 сентября 1941) — советский политический, государственный и дипломатический деятель. Участвовал в революционном движении на Балканах, во Франции, в Германии, России и Украине.

Молодые годы

Внук известного революционера Георги Раковского[4][5]. Будучи этническим болгарином, имел румынский паспорт. Учился в болгарской гимназии, откуда был дважды (в 1886 и 1890) исключён за революционную агитацию. В 1887 году изменил собственное имя Кристя Станчев на более звучное Христиан Раковский. Примерно с 1889 становится убеждённым марксистом.

Вовлечение в революционную деятельность

В 1890 Христиан Раковский эмигрировал в Женеву в Швейцарии где поступил на медицинский факультет Женевского университета. В Женеве Раковский познакомился через российских эмигрантов с российским социал-демократическим движением. В частности, Раковский близко познакомился с основателем марксистского движения в Российской империи Георгием Валентиновичем Плехановым. Участвовал в организации международного съезда студентов-социалистов в Женеве. В 1893 г. в качестве делегата от Болгарии присутствовал на Социалистическом международном съезде в Цюрихе. Сотрудничал в первом болгарском марксистском журнале «День» и социал-демократических газетах «Работник» и «Другар» («Товарищ»). По собственной автобиографии Раковского это было время усиления его ненависти к русскому царизму. Ещё находясь студентом в Женеве, он ездил в Болгарию, где прочел ряд докладов, направленных против царского правительства.

Осенью 1893 поступил в медицинскую школу в Берлине, однако из-за тесных связей с революционерами из России был исключён оттуда уже через шесть месяцев. В Германии Раковский сотрудничал с Вильгельмом Либкнехтом в «Vorwärts», центральном печатном органе немецких социал-демократов. В 1896 году окончил медицинский факультет университета в Монпелье во Франции, где получил степень доктора медицины[6]. Диссертация "Этиология преступности и вырождения"[7].

С осени 1898 года служил в румынской армии. Демобилизован весной 1899 года.

После раскола РСДРП на большевиков и меньшевиков на II съезде в 1903 занимал промежуточную позицию, пытаясь примирить обе группы на основании выработанного консенсуса. Между 1903 и 1917 наряду с Максимом Горьким Раковский был одним из связующих звеньев между большевиками, которым он симпатизировал в плане экономической программы, и меньшевиками, в деятельности которых он находил позитивные политические моменты. Кроме русских революционеров, в Женеве Раковский некоторое время работал совместно с Розой Люксембург.

После завершения учёбы во Франции Раковский прибыл в Санкт-Петербург, чтобы предложить свои услуги в координации действий рабочих и марскистских кружков в России и за границей, однако вскоре был выслан из страны и выехал в Париж. В Петербурге Раковский бывал у Милюкова и Струве. В 1900—1902 он опять пребывал в российской столице, а в 1902 вернулся во Францию.

Хотя революционная деятельность Раковского в этот период затрагивала большинство стран Европы, его основные усилия были направлены на организацию социалистического движения на Балканах, в первую очередь в Болгарии и Румынии. По этому поводу он основал в Женеве левую румынскую газету «Sotsial-Demokrat» и ряд болгарских марксистских изданий — «День», «Работник» и «Другар» («Товарищ»). В 1907—1914 годах член МСБ.

Вернувшись в Румынию, Раковский поселился в Добрудже, где работал рядовым доктором (в 1913 он принимал у себя Льва Троцкого). В 1910 был одним из инициаторов восстановления под названием Социал-демократической партии Румынии существовавшей до 1899 Социалистической партии Румынии, фактически прекратившей своё существование после выхода из её состава «благодушных», согласившихся на компромисс с королевской властью. СДПР фактически стала основой для создания в 1910 Балканской социал-демократической федерации, объединившей социалистические партии Болгарии, Сербии, Румынии и Греции. Сам факт существования объединённой федерации левых партий был протестом против политики агрессии и недоверия, установившейся на Балканах в результате Балканских войн. Христиан Раковский, бывший первым секретарём БКФ, параллельно продолжал принимать активное участие в общеевропейском социалистическом движении, за что неоднократно высылался из Болгарии, Германии, Франции и России.

Агент Центральных держав, работавший на поражение России?

Уже во время пребывания Раковского в Петербурге в начале XX века о нём ходили слухи, что он являлся австрийским агентом[8].

Сама Первая мировая война рассматривалась рядом общественных и политических деятелей как борьба между прогрессом и демократией (Германия) и реакцией и самодержавием (Россия), исходя из чего делалась ставка на поражение России в войне. Этих взглядов придерживался в частности Израиль Гельфанд (Александр Парвус), предпринимавший практические шаги по организации военного поражения России. Как «специалист по Балканам и Турции», он прибыл в Бухарест в январе 1915 г., где Раковский руководил местной социал-демократической организацией и редактировал ежедневную газету. Целями визита Гельфанда в Румынию были изменение румынской политики на прогерманскую, в частности — соответствующей политики румынских социал-демократов и организация в Румынии центра по дестабилизации положения на Украине, Кавказе и в черноморских портах России — Одессе и Николаеве. Последующее развитие событий указывало на то, что Раковский согласился с планами Гельфанда в отношении России и изъявил готовность принять от Гельфанда финансовую помощь для румынской партии. Сохранилось сообщение представителя германского МИДа в Румынии фон Буше-Хадденхаузена, посланное в Берлин через три дня после прибытия Гельфанда в Бухарест, сообщающего о том, что у него появилась возможность «незаметным образом» передать румынским социалистам 100 тысяч лей на «антивоенную пропаганду». Согласие из Берлина было получено. Правда, позднее, на съезде партии Раковский сообщал о том, что Гельфанд был единственным, кто пожертвовал 300 лей на социалистическую газету. На этом же съезде Раковский призывал к массовой социалистической демонстрации за мир, и его, как писал Буше, поддерживали «я и австро-венгерский министр»[9]:157.

Через Раковского финансировалась русскоязычная ежедневная газета «Наше слово», издававшаяся в Париже в 1914—1916 гг. Мартовым и Троцким, стоящая на антивоенных позициях. Газета была закрыта французскими властями за антивоенную пропаганду[10]. Сам Троцкий позже, находясь в Нью-Йорке, вспоминал, что деньги на издание газеты «были в основном от Раковского»[9]. По мнению Д. Ф. Бредли, за этим стояли австрийцы[11]. Историк Збинек Земан полагал, что деньги у Раковского появились от Гельфанда — в конце марта 1915 г. тот получил первый миллион германских марок на ведение «мирной пропаганды» в России, часть из которых была переведена в Бухарест, куда в начале апреля прибыл и сам Гельфанд для встречи с фон Буше и Раковским. Гельфанду, по всей видимости, удалось убедить Раковского воспользоваться частью из этой суммы на помощь газете Троцкого[9]:178.

После вступления Румынии в войну на стороне Антанты в августе 1916 г. Раковский был арестован по обвинениям в распространении пораженческих настроений и шпионаже в пользу Австрии и Германии. В заключении пребывал в Яссах до 1 мая 1917 года, когда был освобождён раздемократизированным русским гарнизоном. После поражения Румынии в войне Раковский появился в нейтральном Стокгольме и обратился к немецкому представителю в Швеции с просьбой разрешить проезд в Швецию через территорию Германии его жене. Уже упомянутый фон Буше, в тот момент работавший заместителем государственного секретаря министерства иностранных дел Германии, ответил на просьбу Раковского положительно, отметив: «в прошлом Раковский работал на нас в Румынии»[9]:158.

В 1917 году французский генерал Ниссель называл Раковского в своём рапорте «известным австро-болгарским агентом»[11].

Председатель СНК и нарком иностранных дел Украины

В телеграмме в Москву, отправленной 10 января 1919 года, члены ЦК КП(б)У Квиринг, Фёдор Сергеев, Яковлев (Эпштейн) просили «немедленно прислать Христиана Георгиевича», чтобы предотвратить перерастание кризиса главы правительства в правительственный кризис[1]. С января 1919 по июль 1923 года Раковский — председатель СНК и нарком иностранных дел Украины. Одновременно с января 1919 года по май 1920 года нарком внутренних дел, НКВД уделял «минимальное внимание»[16]. Один из организаторов советской власти на Украине. С 1919 член ЦК РКП(б). В 1919—1920 — член Оргбюро ЦК. В конце 1919 года вся территория Украины находилась под контролем Вооружённых сил Юга России, Украинской народной республики и Польши. В этих условиях был создан Всеукраинский революционный комитет, который с 17 декабря 1919 по 19 февраля 1920 года являлся высшим законодательным и исполнительным органом власти Украины, его возглавлял Г. И. Петровский. С 19 февраля 1920 г., после освобождения большей части Украины, деятельность СНК Украины возобновилась[3]. Возглавляя правительство в то время, Раковский являлся верховным политическим лидером в стране[7].

Когда в начале 1922 г. возник вопрос о возможном переходе Раковского на другую работу, пленум ЦК КП(б)У 23 марта 1922 г. принял решение «категорически требовать не снимать с Украины т. Раковського»[17].

В составе советской делегации участвовал в работе Генуэзской конференции (1922).

В июне 1923 года по инициативе Раковского принято постановление ЦК Компартии Украины, по которому иностранные компании могли открывать свои филиалы на Украине только получив разрешения её властей. Все коммерческие договора, заключённые в Москве, аннулировались. Через месяц это решение ЦК КПУ было отменено.

На XII съезде РКП(б) решительно выступал против национальной политики Сталина. На этом съезде Раковский заявил, что «нужно отнять от союзных комиссариатов девять десятых их прав и передать их национальным республикам»[18]. В июне 1923 года на IV совещании ЦК РКП(б) с ответственными работниками национальных республик и областей Сталин обвинил Раковского и его единомышленников в конфедерализме, национал-уклонизме и сепаратизме. Спустя месяц после завершения этого совещания Раковский был снят с поста председателя Совнаркома Украины и направлен послом в Англию (1923—1925). 18 июля Раковский направил Сталину и в копии — всем членам ЦК и ЦКК РКП(б), членам Политбюро ЦК КП Украины письмо, в котором указывал: «Мое назначение в Лондон является для меня, и не только для меня одного, лишь предлогом для моего снятия с работы на Украине»[19]. В это время разгорелся скандал, связанный с «письмом Зиновьева». С октября 1925 по октябрь 1927 — полпред во Франции.

Левая оппозиция в РКП(б) и ВКП(б)
Лидеры «Левой оппозиции» в 1927 году незадолго до их высылки из Москвы: Л. Серебряков, К. Радек, Л. Троцкий, М. Богуславский и Е. Преображенский; стоят: Х. Раковский, Я. Дробнис, А. Белобородов и Л. Сосновский.
С 1923 года принадлежал к Левой оппозиции, был одним из её идеологов. В 1927 году был снят со всех должностей, исключен из ЦК и на XV съезде ВКП(б) исключён из партии в числе 75-ти «активных деятелей оппозиции». Особым совещанием при ОГПУ приговорён к 4 годам ссылки и выслан в Кустанай, а в 1931 году вновь приговорён к 4 годам ссылки и выслан в Барнаул. Долгое время отрицательно относился к «капитулянтам», возвращавшимся в партию для продолжения борьбы, но 1935 году вместе с другим упорным оппозиционером, Л. С. Сосновским, заявил о своём разрыве с оппозицией. Н. А. Иоффе по этому поводу писала: «Он считал, что в партии, несомненно, есть определённая прослойка, которая в душе разделяет наши взгляды, но не решается их высказать. И мы могли бы стать каким-то здравомыслящим ядром и что-то предпринять. А поодиночке, говорил он, нас передавят, как кур»[21]. Дочь А. К. Воронского Галина Воронская вспоминала, что в 1929 году на встрече со Сталиным её отец «пытался заступиться за Раковского, который находился тогда как деятель оппозиции в ссылке в Астрахани: „Слишком большая роскошь для партии держать таких высокообразованных людей в провинции“»[22]. Был возвращён в Москву и в ноябре 1935 года восстановлен в ВКП(б).

В 1934 году его приютил на управленческой должности в наркомате здравоохранения РСФСР Г. Н. Каминский.

Третий Московский процесс

В 1936 году был вновь исключён из партии. 27 января 1937 г. арестован по спецсообщению Н. И. Ежова И. В. Сталину[23]. Содержался во внутренней тюрьме НКВД; в течение нескольких месяцев отказывался признать себя виновным в совершении инкриминируемых ему преступлений[24][25]; но в конечном счёте был сломлен и в марте 1938 года предстал в качестве подсудимого на процессе по делу «Антисоветского правотроцкистского блока». Признал себя виновным в участии в различных заговорах, а также в том, что был японским и английским шпионом. 13 марта 1938 года оказался в числе трёх подсудимых (наряду с Бессоновым и Плетнёвым), кто был приговорён не к расстрелу, а к 20 годам тюремного заключения с конфискацией имущества. В последнем слове заявил: «Наше несчастье в том, что мы занимали ответственные посты, власть вскружила нам голову. Эта страсть, это честолюбие к власти нас ослепило».

По поводу поведения Раковского на суде другой оппозиционер, Виктор Серж, писал: «Он как будто намеренно компрометировал процесс показаниями, ложность которых для Европы очевидна…»[26]. Другое объяснение предлагает ВС СССР в своём Постановлении от 4 февраля 1988 года: «Самооговор же достигался путём обмана, шантажа, психического и физического насилия»[24].

Расстрел

Наказание отбывал в Орловском централе. После начала Великой Отечественной войны Раковский, как и осуждённые вместе с ним Бессонов и Плетнёв, был расстрелян в Медведевском лесу по сталинским спискам 11 сентября 1941 года[27].
Реабилитация

4 февраля 1988 г. реабилитирован Пленумом Верховного суда СССР и 21 июня 1988 г. решением КПК при ЦК КПСС восстановлен в партии.

Tags: украинизация
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments